Уличные протесты в России ни к чему не приведут — Полозов

0














Репрессии против крымских татар на оккупированном полуострове не сбавляют обороты. Показательными являются процессы над Ахтемом Чийгозом и Ильми Умеровым, которые развиваются в лучших традициях «российского правосудия». В первом случае Николай Полозов, защищавший в свое время Надежду Савченко, выступает в роли адвоката, во втором – с некоторых пор в роли свидетеля.

В беседе с «Обозревателем» Полозов рассказал о перипетиях процессов, тактики Кремля по запугиванию крымских татар, протестах в России и многом другом.

— Есть новости по делу Ахтема Чийгоза?

— Дело уже подходит к завершению. Сейчас допрашивают свидетелей защиты. На неделе планируем допросить бывшего заместителя председателя Меджлиса Заура Смирнова, который в настоящее время работает в Крыму председателем «государственного комитета по делам национальностей и межнациональным отношениям». Также суд уже удовлетворил ходатайство о вызове двух «членов» Совета Федерации, бывших крымских депутатов Сергея Цекова и Ольги Ковитиди. Думаю, что на этом допрос свидетелей будет завершен.

 

У нас также есть еще желание допросить Владимира Константинова, который на момент всех событий занимал должность председателя ВР Автономной Республики Крым, а ныне он – «председатель Государственного совета» в Крыму. Потом будут рассмотрены письменные доказательства, затем – допрос Ахтема Чийгоза, прения и приговор. Ожидаю, что приговор будет где-то в конце июля.

— Вряд ли он будет оправдательным…

— Понимаете, какая штука, в России нет суда, тем более, когда речь идет о политических делах. Ни по одному политическому делу никогда не было оправдательных приговоров, поэтому иллюзий мы не питаем. Версия обвинения полностью развалена. Ничто не подтверждает вины Ахтема Чийгоза, кроме показаний одного человека, который ненавидит Меджлис. Тем не менее речь идет, конечно, об обвинительном приговоре. Интрига в сроках. По статье ему грозит от 4 до 10 лет. Думаю, изберут средний вариант: пять, максимум семь лет.

 

— Насколько я понимаю, вы уже готовите платформу для обращения в Европейский суд?

— Да, безусловно. Проблема в том, что обратиться в ЕСПЧ мы можем только после прохождения апелляционной инстанции в России. То есть сначала свое слово должен сказать Верховный суд России. Хотя поводов для обращения в ЕСПЧ уже накопилось предостаточно.

— Это показательный процесс, для острастки?

— Да. Задача этого процесса – максимально запугать крымских татар. В последние три года к ним применяются жесточайшие репрессии. Лидеры Меджлиса были изгнаны. Крымские татары, которые остались, подвергаются серьезному давлению. Это и Ахтем Чийгоз, и Ильми Умеров, и еще десятки людей, которых содержат в тюрьмах. Все они – жертвы четко спланированной репрессивной политики Кремля в отношении крымских татар. Главная задача – запугать. Кремль не понимает, что с ними делать, потому что они не берут в руки оружие, не идут по понятному для Москвы сценарию жесткого отпора и вооруженного противостояния. А что делать с мирным протестом Кремль не знает, поэтому применяет такую жестко-репрессивную тактику.

— Когда вы ожидаете точки в деле Умерова?

— По этому делу я свидетель, поскольку после спецоперации ФСБ меня вывели из числа защитников. Сейчас делом занимаются крымские адвокаты, мой коллега Марк Фейгин и известный правозащитник Александр Подрабинек.

 

Дело Умерова не такое длительное, как дело Чийгоза. Там гораздо меньше фигурантов и следственных действий. Думаю, и в этом случае об оправдании речь идти не может. Не для этого такие дела возбуждаются. Задача-минимум – вынести условный приговор и на примере Умерова запретить любые разговоры о территориальной принадлежности Крыма.

Мне кажется, что посадить Умерова Кремль боится из-за его состояния здоровья. Они не хотят, чтобы он умер в тюрьме. Зачем Кремлю мученик? Можно же максимально усложнить ему жизнь и заодно запугать остальных.

— Думаете, такая тактика запугивания сработает?

— Нет, думаю, не сработает. Эти люди так легко не примут навязанную Кремлем повестку. Этот народ пережил депортацию. На протяжении десятилетий он продолжал борьбу за свои права. Три года путинского режима не способны этих людей сломать. Открыто они не будут выступать, но и лояльными российской власти не будут.

— На вас лично сейчас оказывают давление? Вы не боитесь, что из-за вашей профессиональной деятельности на вас тоже сошьют дело или что похуже?

— За последние полгода работы в Крыму против меня возбудили два уголовных дела. Сейчас они находятся в подвешенном, подмороженном состоянии. Думаю, они ждут окончания процесса над Ахтемом Чийгозом, чтобы активизировать дела и попытаться выдавить меня из Крыма. Кроме того, в отношении меня, как я уже упоминал, проводили спецоперацию. Меня фактически похитили в Крыму. Мне все-таки повезло, потому что меня никуда не увезли, не убили, я не пропал, как Эрвин Ибрагимов. И все же нет никаких гарантий, что, допустим, на следующей неделе меня снова не заберут.

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки

Оставить комментарий